Мы неоднократно писали о качестве следствия в Усть-Кутской полиции и справедливо экстраполировали такое плачевное состояние структуры, на его руководство. Тандем начальника и заместителя следственного управления в лице Галины Бурлаченко и Натальи Быстротой, это прямо яркий пример критической деградации системы на местах.
Обе дамы были регулярно замешаны во всевозможных скандалах и на постоянной основе были замечены в не очень хороших поступках, что их характеризует как личностей. Например гражданский супруг Бурлаченко, был несколько лет назад задержан в аэропорту города Иркутска с наркотиками и очень многие СМИ об этом писали тогда, в том числе и мы:
«..Самоуверенный бывший наркополицейский, пытался привести в Усть-Кут наркотическое вещество в пачке из под сигарет.Инцидент произошел днем 9 апреля, во время прохождения досмотра при входном контроле аэровокзала внутренних авиалиний, в аэропорту города Иркутска, где полиция на транспорте задержала жителя Усть-Кута 1974 года рождения.Пикантность ситуации казалось бы рядового случая, добавляет тот факт, что задержанный ранее работал заместителем начальника Уголовного розыска ОП «Усть-Кутский» и заместителем отдела наркоконтроля, а в данное время сожительствует с начальницей следствия Усть-Кутской полиции…»
Кроме этого, полицейские Усть-Кутского отдел подозревали ее в должностном подлоге, когда один из крупных наркокурьеров, вдруг оказался на свободе после того, как его задержали с поличными с крупной партией наркотиков. Сыщики не без основания полагали, что помог ему так "красиво" решить проблему, пасынок Бурлаченко, оказавшийся в одной тюремной камере с наркобарыгой. Туда пасынок кстати, попал за жестокое и немотивированное убийство мужчины бейсбольной битой в 2016 году, а до этого, его как бы "случайно" два раза "отмазывали" от уголовной ответственности за разбойное нападение и угон автотранспорта.
Заместитель Бурлаченко, Быстрова, стала известна широкой публике города, после скандала 
Наконец-то уволился из полиции главный подозреваемый в крышевании городской наркоторговли
Мы неоднократно публиковали 
По предварительным данным, полученными нашей редакцией, в поселках Янталь и Ручей, за период с 1999 года и по 2026 год, нераскрытыми числятся 5 убийств и объявлены в розыск несколько местных жителей, которые числятся как без вести пропавшие. По некоторым из этих преступлений, местные жители обвинили Степана Тышкивского, родного брата Михаила, а так же его самого. Вот некоторые из этих преступлений:
По предварительным данным, Иванов убил рабочего на территории производственной базы в районе Заречной, где оба трудились на тот момент, только в разных должностях. Рабочий якобы во время ремонта автомобиля Краз, не поставил подкаты под колеса и машина случайно помяла вагончик, принадлежавший Иванову. За это бывший сотрудник полиции избил человека гвоздодером и оставил его умирать, не оказывая медицинскую помощь. От побоев мужчина скончался через два дня и Иванов вывез его в с территории базы, закопал тело, предварительно присыпав хлоркой.
О том, что человек умирает на территории производственной базы, знал ее начальник Анатолий Рудык, который тоже не предпринял никаких действий, чтобы спасти умирающего.
После задержания сотрудниками СК из Иркутска, обвиняемый не стал отрицать своей вины и указал место где спрятал тело убитого.
В данное время он задержан и помещен в ИВС, а суд сегодня вынесет решение о его помещении под арест.
Кроме этого убийства, редакции «УК24» об Андрее Иванове, известен как минимум еще один эпизод с его участием. Более года назад, он сбил в районе Бирюсинки насмерть пешехода. Мужчина перед этим потерял жену и один воспитывал дочь, которая после его смерти осталась сиротой. Тогда полиция отмазала своего бывшего начальника Иванова от ответственности, переложив всю вину на пешехода.
Если прибавить к этим эпизодам, еще и случаи привлечения к уголовной ответственности полицейских рангом пониже, то тут всплывают истории про то, как участковый в Янтале обманом заставил переписать квартиру на себя, зависимого человека. Так же на слуху была история о том, как трое полицейских уголовного розыска, пытались утопить несовершеннолетнего мелкого воришку в реке Лена, выбросив его под лед, но он от них убежал и пожаловался маме. При чем это все только за последние пять лет.
Может пора менять подход к кадрам в полиции? Начальник подразделения, насилующий подчиненных одного с ними пола, это вообще зашквар для отдела. Как впрочем и убивающий монтировкой человека экс-подполковник полиции. Представляете, что он вытворял, когда был при власти и мог скрывать свои преступления?
Прямо не отдел полиции, а какой-то нездоровый токсичный коллектив, с не проработанными травмами, которому работать с людьми, должно быть разрешено, только под пристальным контролем общественности.
Ариэль Эмет
Специально для «УК24»
Фото: из открытых источников
Канал в 
За то, что бывший начальник городского ГИБДД Андрей Иванов, немотивированно и жестоко 
Да и правда, зачем сразу сажать в тюрьму высокопоставленного полицейского, хоть и бывшего? Он ведь член карательной системы, благодаря которой и держится в стране тоталитарная диктатура, и за прошлые заслуги бывший мент, может себе позволить иногда побыковать. Подумаешь, забил какого-то простолюдина монтировкой до смерти! Этих простолюдинов, как собак небитых в городе, а вот бывших полицейских, не так уж и много и судья Шмидт тут расставила приоритеты, согласно новым веяниям власти.
Это она обычных сиволапых мужиков, отправляет под арест в СИЗО за драку без тяжких последствий между соседями, или за мелкую кражу. Тут же всего лишь работягу убил и закопал в лесу. Это же менее опасно для общества, чем найденная закладка у наркомана?
Ну а если серьезно, то вообще не понятна схема устькутского правосудия, и алгоритм принятия решений по тяжким преступлениям. На чем они основываются и почему к простым людям применяют одни требования, а к бывшим ментам и чиновникам, другие, но в лайт-версии?
Надеемся, что родственники убитого человека, напишут жалобу на судью и потребуют изменить меру пресечения убийце.
Ариэль Эмет
Специально для «УК24»
Фото: из открытых источников
Канал в 
«Куда вы его везете? Ему на работу надо!» — вспоминает разговор жены Владимира с полицейскими соседка Светлана Ш. (Фамилии героев сокращены по их просьбе и известны редакции — ЛБ). Вечером 20 сентября на служебной машине Владимира привез к его дому участковый Николай Конатовский. Он рассказал, что Владимир задержан, поэтому должен взять паспорт и вернуться в машину.
«Полицейские покупали задержанным водку»
По словам полицейского, Владимир был в квартире, на которую соседи пожаловались в полицию. Участковый приехал вместе с нарядом и увидел, что Владимир спит на диване. Конатовский снял это на телефон, фотографию спящего Владимира он показал его жене Любови Щ. Она попросила отпустить мужа. Полицейский сказал, что сначала должен «установить личность».
За что именно задержали Владимира, по словам его жены, полицейский не объяснил. Близкие Владимира говорят, что полицейский Конатовский был с напарником, участковым Ялчыном Гаджиевым.
Близкие Владимира попросили Конатовского сообщить им, когда задержанного можно будет забрать домой. Мужчина был нетрезв, жена переживала за него и просила не отправлять его одного ночью. Владимир — предприниматель, работает на грузовой машине, перевозит товары по заказу. Когда работы нет, может выпить с друзьями, рассказывают о нем знакомые. «Процентов 70 людей у нас так живут, это жизнь такая», — объясняет соседка Владимира Светлана.
Когда Владимира увезли, его жена, дочь и соседка много раз звонили ему. Телефон не отвечал. Позже Владимир рассказал близким, что его телефон и документы забрал участковый Конатовский. В отделе полиции Владимира продержали 12 часов — с 8 вечера воскресенья 20 сентября до 8 утра понедельника 21 сентября.
Ночью «полицейские кормили задержанных и покупали им водку». Как пишут в обращении в прокуратуру жена и дочь Владимира, об этом он сам рассказал им. Кроме Владимира, в полиции был еще один мужчина, которого забрали из той квартиры. А всего в том месте, куда вызвали полицейских, находились трое. Третий мужчина был в инвалидной коляске, его оставили в квартире.
Утром в понедельник открылся военкомат, Владимира повезли туда. Близким он рассказал, что примерно два часа подписывал целую кипу «каких-то бумаг». Владимир не смог объяснить близким, под какими именно документами он поставил свою подпись.
Дочь Владимира Светлана в своем обращении в прокуратуру (документ находится в распоряжении редакции — ЛБ) пишет, что документы ее отец подписывал в состоянии алкогольного опьянения, находясь под контролем полицейских.
Жена Любовь в своем обращении в прокуратуру (документ также находится в распоряжении редакции — ЛБ) сообщает, что муж рассказал ей: участковый Конатовский покупал им алкоголь по дороге в военкомат и документы он подписывал, выпив перед этим водки. Они считают, что алкоголь мужчине давали, чтобы он не отказался подписывать бумаги.
Близкие пожаловались в прокуратуру так же на то, что Владимира забрали без очков, которые были ему необходимы. У Владимира слабое зрение, без очков он вряд ли мог сам прочитать документы, которые ему давали подписать. Жена и дочь Владимира просят сотрудников прокуратуры проверить законность получения каких-либо подписей от него.
«Все равно уедет на СВО»
После военкомата мужчину отвезли в больницу — на флюорографию и другие обследования. Потом его снова вернули в отдел полиции. Все это время Владимир оставался под контролем полицейских, в том числе под конвоем ходил в туалет, пишут в обращении близкие Владимира.
Жена Владимира приехала за ним, но участковый отказался его отпускать. Конатовский обвинил Любовь в том, что она «препятствуют подписанию контракта на СВО», сообщает она в прокуратуру. — Жена (Владимира — ЛБ) звонит мне, я говорю ей: «Забирай его!» Она: «Как я его заберу, он (участковый — ЛБ) не дает его, за руку держит. Я ей: „Ты законная жена, забирай его и уезжайте оттуда!“», — пересказывает разговор соседка Светлана.
Полицейский якобы собирался сначала отвезти Владимира домой за вещами, и потом в в тот же день отправить его в областной центр. В Усть-Куте контракт с Минобороны оформить нельзя, там подписывают предварительный договор. Потом мужчин отвозят на областной сборный пункт в Шелехове. Он находится в 20 километрах от Иркутска. Там заключают контракт и распределяют в войска.
Освободить Владимира удалось случайно. Медкомиссия была пройдена, документы подписаны, поэтому полицейские ослабили контроль, рассказывают близкие Владимира. Он попросил отпустить его ненадолго покурить. В этот момент жена посадила его в машину и увезла домой.
После этого участковый Конатовский разыскивал Владимира, несколько раз приезжал и караулил его у дома, где прописан Владимир. Родным полицейский якобы заявил, что теперь Владимир у них «на крючке»: — Нам сказали: «Не дай бог мы его на улице или где-то увидим — все равно уедет на СВО».
Сейчас Владимир находится вместе с близкими. Его стараются не выпускать одного на улицу, его сим-карты заблокировали. Близкие переживают, что полицейские могут выследить Владимира, когда он пойдет на работу. Паспорт и телефон мужчине не вернули. Полицейский Конатовский, который их забрал, сейчас уехал из города. По словам близких Владимира, участковый «повез мужчин, кого он насобирал, сдавать в Иркутск, чтобы подписывали контракты».
После того, жена и дочь Владимира пожаловались в прокуратуру, полицейские пообещали вернуть вещи, но потребовали, чтобы Владимир лично явился за ними в отдел. Семья опасается, что там на него снова могут начать давить, поэтому не хочет отпускать его.
После случившегося Владимир, по словам близких, пообещал отказаться от алкоголя.
«Сейчас-то он опомнился, говорит: «Я лучше пить вообще не буду. Даже газировку не буду!» — передает слова Владимира соседка.
Дочь Владимира Светлана также сообщила прокуратуре, что слышала о возможном денежном вознаграждении полицейским за помощь в оформлении людей на военную службу. Самостоятельно подтвердить эти сведения она не может и просит надзорное ведомство проверить их.
В заявлении говорится, что за последние две недели в Усть-Куте могли таким же способом, как поступили с ее отцом, задержать и доставить в военкомат не менее 17 мужчин. С новой группой получается около 20 человек.
Светлана попросила прокуратуру истребовать материалы задержания ее отца, записи с камер наблюдения и документы о медицинском освидетельствовании, а также проверить законность действий участкового и других сотрудников МО МВД России «Усть-Кутский».
Это не первое сообщение из Усть-Кута о попытке силой отправить человека на войну. В июле 2026 года местный портал «Усть-Кут24» публиковал материал о том, что люди в военной форме схватили на улице мужчину с инвалидностью и отвезли в военкомат. Там угрозами пытались заставить его подписать контракт. Мужчина позвонил матери и рассказал, где он находится, родственникам удалось забрать его домой. Сразу о трех случаях принуждения подписать контракт рассказывал «Усть-Кут24» в июне нынешнего года. Жители Усть-Кута сообщали журналистам, что полицейские задерживали в городе людей, приговоренных к условным срокам. Им угрожали заменить условное наказание на реальное, если они не подпишут контракт, сообщал «Усть-Кут24».
P.S. Близкие Владимира сообщили «ЛБ», что полицейские вернули документы Владимира. Несмотря на это, семья опасается за безопасность мужчины.
Ариэль Эмет
Специально для «УК24»
Фото: из открытых источников
Канал в 
на фото: следы налета дрона на авиабазу в Энгельсе
Взорванный Крымский мост, практически ежедневные бомбардировки объектов в Белгородской и других приграничных областях, включая нефтебазы и военные склады, уже стали обыденностью новостных сводок. Кроме этого, украинцы показали, что для них нет запретных целей и разнесли несколько стратегических бомбардировщиков на военной базе в Энгельсе, что за тысячу километров от фронта.
Российские власти уже не говорят о захвате Киева за три дня, а вместо этого строят оборонительные рубежи на границе своей территории, готовя так называемую «засечную черту», на случай украинского контрнаступления.
на фото: фортификационные сооружения в Белгородской области
Жители далеких от западных границ регионов страны, даже предположить не могли, что могут стать мишенью во время войны, происходящей за сотни и тысячи километров от них. Тем не менее, как показала практика в том числе и последней войны, единственный способ защиты мирного населения от ракет и снарядов, это бомбоубежище. В Западной и центральной России, их восстановление и строительство идет полным ходом, а вот у нас пока не видно никаких движений в этом направлении.
Вполне возможно, местные власти не просчитывают вариант переноса войны в глубь страны, надеясь на традиционное русское авось. Все же наблюдая фронтовые тенденции и то, как по всей стране вдруг начали ни того ни с сего сгорать самые различные инфраструктурные объекты, в том числе и не военные, а так же намеренные бомбардировки дронами-камикадзе транспортных узлов и нефтехранилищ, есть повод задуматься о защите гражданского населения и в Усть-Куте.
Причин для этого может быть как минимум несколько. Во первых, это перенос боевых действий с территории Украины на всю территорию России, где есть критичная для военных инфраструктура. Усть-Кут естественно, попадает под эти параметры и может стать мишенью для современных беспилотников или диверсионных групп. Железнодорожный транспортный узел в Усть-Куте, плюс хаб по транспортировке углеводородов, сильно повышают шанс у города, стать военной мишенью.
Во вторых, это возможная военная агрессия со стороны Китая, которая может начаться после украинской войны. Китай никогда не скрывал, что имеет территориальные претензии к России и считает несправедливыми Нерчинский и Пекинские межгосударственные договоры о границах. По итогам украинской войны, весь мир увидел слабость и несовременность российской армии, неспособной выполнять поставленные задачи даже имея стартовое значительное преимущество. Если Китай начнет войну, он назовет ее «деоккупацией исконных китайских территорий» и скорее всего вообще не встретит серьезного сопротивления.
В третьих, затянувшийся украинский конфликт может привести и к ядерной войне с НАТО и тогда вся страна станет мишенью для бомбовых ударов. Потенциал западного альянса в разы выше и эффективнее российского, разворованного правящей верхушкой за последние 20 лет. Во всех этих случаях, гражданское население должно будет куда-то прятаться и тут стоит вопрос, куда именно.
До 1991 года, в городе было несколько бомбоубежищ, но с политической оттепелью, нужда в них отпала. Самое современное и новое бомбоубежище, было под офисом треста ВСЭМ. Там был телефонный узел связи, скважина, дизельная станция и система принудительной вентиляции. Помещение находилось на глубине почти 6 метров под землей, имело железобетонные перекрытия и сверху было залито почти метровым слоем бетона. Сейчас в этом здании располагается городской суд. Это убежище не функционально, поскольку во время капитального ремонта здания в 2010 году, бомбоубежище просто засыпали грунтом и вход в него забетонировали за ненадобностью.
Есть еще два старых титульных бомбоубежища в здании Портуправления и бывшего казначейства, сейчас Службы судебных приставов, но они рассчитаны лишь на временное укрытое и не на прямое попадание в здание. В зданиях двух администраций есть специальные помещения для эвакуации чиновников в случае воздушной тревоги. Кроме этого, под эвакуацию гражданского населения подойдут подвалы практически всех школ, за исключением третей, водный вокзал, контора станции Лена, здание ГОРОНО, треста Ленабамстрой и Сбербанка.
Как временное убежище подойдут подвалы в многоквартирных кирпичных и панельных домах. Правда нужно понимать, что в зимнее время, эти убежища смогут эффективно работать всего несколько часов, так как при первом же налете будет повреждена система отопления из-за отсутствия электричества и город разморозится до весны. Российские войска прямо сейчас проводят такую тактику в Украине и нет оснований полагать, что в ответных действиях что-то измениться. Правда последствия у нас будут более тяжелыми, чем там.
на фото: бомбежка ТЭЦ Киева
Наиболее эффективными убежищами для мирного населения, как не странно, оказываются подвалы частных домов и погреба в гаражах. Нам написали свою историю бывшие жители Усть-Кута, в данное время проживающие в городе Чернигове, и вот они что рассказали о том, как пережили больше месяца под бомбежками и артобстрелами в подвале собственного дома зимой 2022 года. Чернигов тогда находился в зоне активных боевых действий и танковых дуэлей из-за наличия в городе моторизованных частей и снаряды и бомбы, почти круглосуточно прилетали в частный сектор. Люди только ночью и то не всегда, выходили из подвалов и запасались водой и гуманитарной помощью, которую развозили волонтеры, звонили родственникам, и заготавливали дрова. Помогали аккумуляторы, пауэрбанки, печки-буржуйки в подвалах и запасы заготовок с сада и огорода. Через полтора месяца такой жизни, возрастные люди заново учились ходить, так как ограниченное передвижение в подвале продолжительное время, частично отреафировало мышцы. Они не могли без отдыха пройти более 100 метров. Тем не менее в дома, куда непосредственно попадали снаряды или бомбы, автоматом превращались в братские могилы для всех, кто там находился. Шанса выжить под завалами в холод без медицинской помощи, практически не было.
Очень конечно странно, что до сих пор в Усть-Куте, штаб гражданской обороны не провел соответствующих учений на случай воздушной тревоги и нет публичного алгоритма действий для населения, в случае опасности. Никто не знает, кроме чиновников администраций, в какое укрытие им идти и что при этом с собой брать. Думаем, что этот вопрос нужно прорабатывать уже сейчас, а не когда объявят воздушную тревогу и нужно будет срочно искать укрытие. Паника от незнания алгоритма действий в такой ситуации, опаснее самой причины эвакуации. Впрочем, мы с вами точно знаем, что если надеяться на наших чиновников или МЧС, то можно сразу гарантировано готовиться к смерти. Более бесполезных и неэффективных людей на таких должностях в критическое время, трудно себе представить.
Тем не менее, принцип «спасение утопающих, дело рук самих утопающих», еще никто не отменял. Если использовать последний украинский опыт выживания мирного населения в условиях войны, и заранее к нему подготовиться, то есть шанс нивелировать страшные последствия, к тому же шанс на это пока еще есть у всех.
Главное, о чем нужно позаботиться, так это об алгоритме действий в случае ЧС или воздушной тревоги. Времени на долгие сборы может вообще не быть, а вот заранее подготовленные необходимые лайфаки, серьезно облегчат вам эвакуацию и даже возможно спасут жизнь. Первое что должно быть дома, так это сумка с минимальным набором вещей и консервированных продуктов, а так же аптечкой и документами, деньгами. Предметы гигиены, небольшой запас воды, нож, спички, аккумуляторы и фонарики, все должно лежать в непосредственной близости на пути эвакуации. У ребятишек в одежду должны быть вшиты все их данные с контактами родственников.
Если есть возможность, то можно самостоятельно приготовить убежище для семьи в подвале частного дома или гаража. Там обязательно должны быть источники питания в виде аккумуляторов, небольшие печки на дровах, радиоприемник с ручной настройкой, запас воды и консервации, спальные места и биотуалет. Не будет лишним оружие и запас патронов к нему, так как показывает практика, мародеры не имеют национальностей и распространены везде. Во время тревоги не всегда будет возможность вызвать полицию, а вот отпугнуть утырков выстрелом в воздух, будет давольно эффектно. Тем более, у них стоит задача пограбить все что плохо лежит, а не вступать в боевые действия за шмотки. Этот алгоритм гораздо облегчит вам жизнь в случае ЧС в своем убежище .
Если нет возможности укрыться в индивидуальное убежище, следуйте в общественное, но прихватите с собой газовую плитку с несколькими баллонами газа и металлическую посуду для приготовления пищи. Плюс возьмите теплые спальники или термоодеяла и туристические коврики, а для детей памперсы. Ребятишкам в таких ситуациях очень помогают любимые игрушки и домашние животные. С ними они чувствуют себя гораздо спокойнее.
Если сигнал воздушной тревоги застает вас не дома, то нужно предпринять всем меры, чтобы оказаться поближе к семье или связаться с ними и убедиться в том, что они следуют в безопасное место. Желательно при этом, чтобы при вас в любое время были в наличии пауэрбанк с зарядкой, небольшой фонарик с запасной батарейкой, источник огня в виде спичек или зажигалки, небольшой нож, минимальные набор таблеток и влажных салфеток и термокружка. Учитывая то, что практически все сейчас ходят с рюкзаками или небольшими сумками, разместить этот необходимый набор не составить труда.
Наша страна принесла войну в соседнюю страну и теперь это бумерангом прилетает нам. Надеяться, что этот не коснётся жителей Усть-Кута, глупо, так как показали последние события, эффективных способов защиты мирного населения в России уже нет. Быть готовым к экстренной ситуации, значит уже наполовину облегчить ее последствия.
Мы конечно надеемся, что все эти приготовления не пригодятся на практике, но полностью игнорировать такую возможность, конечно же нельзя.
Ариэль Эмет
Специально для «УК24»
Фото: из открытых источников
Канал в 
Северный завоз на Бодайбо. Сухогрузное судно-толкач с крановой установкой СК-2088 способно обеспечивать выгрузку на необорудованный берег / Фото: Куницын В.В.
— Вы сказали, что Лена сложна для судоходства…
— Ширина судового хода на верхнем участке реки не более 65 м. Много участков с односторонним движением, много сложных перекатов с неправильными течениями. Значительную часть времени, начиная с середины лета и по осень, на реке повсеместно распространены продолжительные туманы. По времени они достигают 10−12 часов, и видимость ограничена. Из-за ежегодных лесных пожаров видимость снижается до 50 метров, что также усложняет судоходство. Скорость течения на перекатах достигает 12−15 километров в час. Электронная картография имеется, но на верхнем участке она практически не применима из-за сложного рельефа и небольшой ширины судового хода. Работаем по старинке, ориентируемся по плавучей и береговой навигационной обстановке. Электронная картография хорошо зарекомендовала себя на нижнем участке от Якутска до Быкова мыса.
Во времена пятилеток и в городской черте Усть-Кута, и ниже по течению было построено много дамб, при помощи которых спрямляли русло реки. Когда они функционировали, река текла в зарегулированном русле, можно было более безопасно проводить составы. Сейчас дамбы где-то разрушены, где-то размыты, река частично расползлась по долине. Вдобавок на Лене практически нет песчаных берегов, — дно либо каменное, либо галечное. И одно дело посадить состав на песчаную отмель, а другое — на каменную. Эта особенность тоже представляет опасность для судовождения.
Проводка груженого состава (СК2000к+16800) буксирным судном проекта Р33Л на сложном участке р. Лена / Фото: Куницын В.В.
— «Угрюм-река» какая-то получается…
— Роман, скорее всего, относится к реке Витим. Тайга и река тут просто великолепные. Я сам родился за Уралом, и все время восхищаюсь красотой этих мест.
— Раньше суда на Лене начинали ходить от поселка Качуг, правда, на 500-километровый участок до устья реки Кут судоходство велось только в полноводный период навигации…
— Да, ранее судоходные пути были и выше Осетрова. На сегодня там река не работает. Усть-Кут — самый верхний участок, где судоходство заканчивается или, наоборот, начинается.
— Перед разговором с вами заглянул в архив: в прошлом веке на Лене проводился большой объем дноуглубительных работ. К примеру, на 300-километровом участке Усть-Кут — Киренск — выбиралось до 10 тыс. куб. м на каждый км, а на 80 перекатах делалась судоходная прорезь длиной 150 км. В итоге подобных работ гарантированная глубина на 750-километровом пути от Осетровского порта до устья Витима составляла 220 см, а ширина судового хода 65−70 м.
— Да, это правда, сейчас глубины поддерживаются примерно на этом же уровне. Конечно, случаются годы, когда воды мало, но в текущую навигацию уровень воды достаточный, габариты по глубине нас нигде не лимитируют. Конечно, не могу не выделить участок реки от Усть-Кута до Киренска. Там ширина судового хода составляет 65 м при глубине 175 см и радиусе закругления 300 м, а длина толкаемого состава у нас — 180 м. Грамотный судоводитель, конечно, понимает, о чем речь. Ленские речники успешно справляются с такими составами.
— Какая дноуглубительная техника используется для работ?
— Земснаряды многочерпаковые и землесосы, где-то и плавкраны.
Возвращение каравана домой в сложных метеорологических условиях, р. Лена / Фото: Куницын В.В.
— Лена в районе Усть-Кута замерзает в начале ноября и открывается в начале мая?
— Говорят, что в прежние годы ледоход всегда приходился на 9 мая плюс-минус пять дней. Сейчас, как известно, климат меняется, навигация открывается в конце апреля — начале мая. В прошлом году лед пошел в конце апреля.
— Вы сказали, что у ВЛРП нет прямого доступа к железной дороге. Почему так получилось, ведь порт в Усть-Куте строили на пересечении железнодорожной Байкало-Амурской магистрали и Лены? Это было одно из крупнейших речных предприятий страны, узловая точка, в которой сходились железная дорога и река…
— Тогда все было централизовано и находилось в руках у государства. Ему принадлежал и флот, и портовая инфраструктура. В 1990-е годы все разделилось на части, затем произошел еще ряд изменений. В настоящее время основная портовая инфраструктура разделена между четырьмя юридическими лицами, у каждого из которых есть свой флот. Это наше пароходство, АО «Грузовой терминал Осетрово», ООО «Ленаречтранс» и АО «Осетровский речной порт». Правда, такой портовой инфраструктуры, как у других организаций, у ВЛРП нет. Это не позволяет пароходству развиваться в должной мере. Зато нашему предприятию принадлежит порядка 40−45% регионального флота. На своей территории мы проводим погрузочные работы при помощи плавкрана. В других портах Усть-Кута мы тоже грузимся, но это уже немножко не то, в приоритете там, конечно, собственные суда.
Мы подразделяем груз на три вида: круглые лесоматериалы (в обиходе — кругляк), технический груз и нефтеналивной
Порт Осетрово, г. Усть-Кут / Фото: Куницын В.В.
— На каких грузах специализируется «Верхнеленское речное пароходство»? Какое место вы занимаете в регионе по объемам грузоперевозок?
— Для себя мы подразделяем груз на три вида: это круглые лесоматериалы (в обиходе — кругляк), технический груз и нефтеналивной. В последние два года мы наливной флот передаем в аренду. Если говорить о нашей доле на местном рынке перевозок, то по всем видам грузов в 2023 году мы занимали 31% рынка, в 2024 году — 33%, в 2025 году порядка 30%.
— К северному завозу пароходство сейчас отношение имеет?
— К этому виду грузов у нас в регионе по большей части относятся топливно-энергетические ресурсы, уголь. В прошлом году по прямому контракту мы уголь не доставляли, в этом году пока тоже нет. Случается, что судоходные компании, выигравшие тендеры, привлекают нас к перевозкам, но уже как субподрядчиков.
— Уголь привозится в Усть-Кут, а оттуда уже вниз по реке в Якутск?
— До Якутска сегодня в основном ходят суда «ЛОРПа», а мы, как правило, работаем на участке от Осетрово до Ленска. Основная доля перевозок угля приходится на Мамский и Бодайбинские участки на р. Витим.
Зимний судоремонт, слип Верхнеленского речного пароходства / Фото: Куницын В.В.
Флот можно еще эксплуатировать и эксплуатировать
— Несколько лет назад пароходство переоборудовало под налив сухогрузные теплоходы проекта СК-2000К, баржи-площадки проекта 942 и сухогрузные баржи проекта 16800. Похожая тенденция была в 2000-х годах на Волге, когда там стало не хватать танкеров. Позже этот флот переоборудовали под перевозку зерна. Вы свой нефтефлот переделывать не собираетесь?
— Нет. Несколько лет назад нам поступали предложения по продаже этих судов, но мы приняли решение оставить их у себя. Переоборудовать их тоже не планируем, сухогрузного флота у нас достаточно: барж грузоподъемностью 2500 т проекта 16800 порядка 26 единиц, плюс тысячетонные баржи 942-го проекта и сухогрузные толкачи проекта СК-2000К. Мы даже часть судов держим в отстое, потому что существующего количества груза недостаточно.
— Модернизацию флота ведете? Китайские двигатели уже на всех судах стоят?
— Китайские дизели неплохо себя зарекомендовали в качестве вспомогательных двигателей, и на большей части судов они уже стоят. Что касается главных двигателей (ГД), то стоят еще гэдээровские NVD 36. Другие судоходные компании пытались заменить их на китайские аналоги, но они себя в работе не зарекомендовали. На сегодня дизели завода SKL стоят на всех СК-шках, и альтернативы им пока что нет.
— Суда ВЛРП по сегодняшним меркам не очень старые — постройки середины 80−90-х годов…
— Да, и техническое состояние нашего флота по пятибалльной шкале я бы оценил на твердую четверку. Этому способствует наличие собственной производственной базы, способной выполнить полный цикл ремонтных работ. У нас есть все специалисты для этого. Средний ремонт мы производим полностью своими силами. Ни одной подрядной организации и по одному направлению не привлекаем. Электросварщики, судокорпусники, плотники, электрики, радисты, механики, слесаря — все наши, капитальный ремонт дизелей выполняем тоже своими силами.
— Ваш флот в основном строился и проектировался в Сибири…
— Строили в Качуге (сейчас там уже ничего практически не сохранилось) и здесь в Осетрово. Проектировали наши суда тоже на Лене — в конструкторском бюро ЛОРП.
— С какими-то судостроительными заводами и конструкторскими бюро поддерживаете связь? Недавно, например, в Якутии открыли Жатайскую верфь…
— Мы с ней знакомы, но особой потребности по взаимодействию с какими-то конструкторскими бюро и верфями у нас сегодня нет. Позволить себе строительство каких-то новых судов мы не можем, да, в этом и нет необходимости. Если потребуется где-то что-то дооборудовать, справимся самостоятельно. А так флот у нас в хорошем состоянии, его можно еще эксплуатировать и эксплуатировать.
Наши проекты, тот же СК-2000К с баржей проекта 16800 — очень удачные суда для среднего течения Лены. Лучших проектов на сегодня нет.
— У вас еще, кажется, были буксиры с водометами проекта Р-96А, тип Ангара. Они специально создавались для работы на небольших глубинах…
— Если они и были, то я их не застал. Сейчас работают буксиры проектов Р-33ЛТ и ЛТМ, а также 911. Они тоже все в хорошем состоянии. В последние годы при среднем ремонте мы уделяем большое внимание замене корпуса и ремонту жилых помещений. Мебель меняем, также приобретаем современную бытовую технику, — стараемся улучшить условия труда наших работников.
«Байкал» — танкер-толкач проекта СК-2000КН. Построен на Качугской судоверфи в 1998 году. В 2000 гг. переоборудован в наливное судно. Предназначен для перевозки нефтепродуктов, не требующих подогрева, и толкания наливных и сухогрузных барж грузоподъемностью до 3000 т. / Фото: Куницын В.В.
— Раньше в Якутск и ниже ходили теплоходы «Сибирский» проекта 292. Сегодня такие тут не нужны?
— Да, наверное, уже не нужны. Большого грузопотока нет, вдобавок, в последние годы груз переориентировался. Не считая леса, наш основной груз — оборудование для газонефтяной отрасли и золотарей (так мы называем тех, кто добывает здесь руду), стройматериалы, буровые установки, автотранспортная техника. «Сибирские» были теплоходами река-море плавания, они все завозили с моря. Сегодня ситуация изменилась: большая часть груза железкой доходит до Усть-Кута, здесь перегружается на суда и развозится по месторождениям. Не надо и забывать, что здесь берет начало нефтепровод «Сила Сибири». Эти проекты по большей части уже запущены, сейчас им требуется обслуживание.
— Контейнерные перевозки у вас распространены?
— У нас есть 40-футовые и 20-футовые контейнеры. Рефрижераторных контейнеров на сегодня нет. Мы осуществляем контейнерные перевозки, но в общем объеме они, наверное, занимают не более 5−10%. На сегодня они не очень востребованы.
— Осетровский порт раньше называли «южными воротами Якутии». Через него проходило порядка 80% грузов. Согласно докладу правительства Иркутской области, основные фонды порта сегодня достаточно изношены…
— Да, инфраструктура изношена, но механизация, причальные стенки, склады — все, в принципе, в рабочем состоянии, глубины соответствуют, безопасность судоходства тоже обеспечена. Конечно, оборудование и техника не стоят на месте, и обновления необходимы.
— Расскажите о портах других регионов, с которыми сотрудничаете.
— В Республике Саха (Якутия) мы используем портовую инфраструктуру транспортной компании «АлмазДортранс», — это дочернее предприятие «Алросы». Инфраструктура находится в рабочем состоянии, но уступает нашему порту по мощности. Больше мы особо ни с кем не взаимодействуем, используем свои причалы.
Парад судов на праздновании Дня работников морского и речного флота, Усть-Кут / Фото: Куницын В.В.
— Насколько в регионе сильна конкуренция в сегменте водных грузоперевозок? И какие плюсы, по вашему мнению, имеются у ВЛРП?
— Конкуренция на реке довольно-таки жесткая. В число ведущих игроков входит четверка компаний, которые я уже называл. Каждая из них имеет свою портовую инфраструктуру. Сильная сторона Верхнеленского пароходства — мощный флот и своя ремонтно-эксплуатационная база. В последнее время мы начали развивать оказание услуг по ремонту стороннего флота. Наш основной конкурент — это, пожалуй, группа компаний «Старвэй». В ее состав входит «Осетровский речной порт», судоходная компания «Якутск» и «Речсервис». Серьезный флот у ПАО «ЛОРП», компания в нашем регионе тоже работает, и портовая инфраструктура у нее здесь есть.
О дипломах и мечтах
— Более полувека назад в Усть-Куте по причине «острой нехватки» командных кадров для Ленского речного пароходства было открыто Осетровское речное училище. Затем на его базе был создан Усть-Кутский институт водного транспорта, где одновременно обучались несколько сотен курсантов. Какова сегодня ситуация на Лене с командным и рядовым плавсоставом?
— Люди — самый ценный актив пароходства. Хотел бы отметить, что у нас много трудовых династий, в пароходстве работают речники во втором и третьем поколении. Мы эту традицию поддерживаем, когда команда сплоченная, то и работа ладится. Сегодня в судоходных компаниях очень серьезный дефицит кадров, и что с этим делать, непонятно. Большая часть экипажей — люди предпенсионного либо пенсионного возраста.
Сегодня в Усть-Куте готовит кадры Осетровское речное училище, ныне это филиал Сибирского государственного университета водного транспорта. Молодежь, конечно, на реку приходит, но этого количества ребят все равно недостаточно. Кроме местного училища мы взаимодействуем с Амурским речным училищем и Иркутским техникумом речного и автомобильного транспорта. Это три основных заведения, из которых мы получаем пополнение.
— «Неделя без турникетов», которую вы регулярно проводите, способствует решению кадрового вопроса?
— Да, мы организуем три-четыре экскурсии по предприятию в год. Желающих посмотреть, как живет судоходная компания, даже больше, чем мы можем переварить. Приглашаем школьников, учащихся других учебных заведений. Проводим ребят по основным цехам, показываем, как все работает. Уже есть случаи, когда люди после посещения предприятия приходили устраиваться на работу. Их река чем-то цепляла.
— Бывалые сибирские речники сетуют, что из-за упрощения системы дипломирования, молодежь становится капитанами, не набрав достаточного опыта. И это не всегда хорошо заканчивается.
— Да, сейчас система дипломирования упростилась и, возможно, даже чересчур. С одной стороны — это хорошо, а с другой… Капитанов в кавычках стало больше, чем механиков или помощников капитанов. А капитан — это ведь не просто человек, который получил диплом, не только судоводитель, это администратор на судне. Формирование капитана — целая наука.
— Сейчас в учебных планах речных вузов появляются модули, посвященные автономному судовождению. Безэкипажные суда на реке — это дело ближайшего будущего или что-то из области фантастики?
— Слышал, что у вас в Петербурге ходят паромы без экипажа (экипажи на полуавтономных паромах «Маршал Рокоссовский» и «Генерал Черняховский» все-таки есть, а в режиме дистанционного управления суда способны осуществлять движение только в открытом море. — Прим. ред.) К нам не так давно приезжали представители компании, проектирующей систему управления для автономных судов. Мы с ними обсуждали, возможно ли применить ее на реках Сибири. Изучив и проанализировав местные условия, рабочая группа не нашла перспектив развития всех этих новомодных штуковин, по крайней мере, в обозримой перспективе. Нас интересовали и более приземленные задачи, например, как автоматизировать учет расхода топлива. Наряду с заработной платой, это одна из основных статей наших затрат.
Выморозка льда для выполнения ремонта движительно-рулевого комплекса судна проекта СК2000К, 2026 г / Фото: Лодыгин С.Н.
— Если помечтать… Севморпуть рассматриваете в качестве варианта развития?
— Наверное, мы могли бы доставлять туда древесину, но только не сырье. В Усть-Куте у нашего холдинга есть лесозаготовительный комплекс по переработке пиломатериалов. Это один из крупнейших в Сибири заводов. Есть планы, которые даже предварительно проговаривались, что переработанная древесина должна уходить в море. Этот проект, думаю, когда-то будет реализован. Понятно, что потребуются суда река море плавания, либо портовая инфраструктура на выходе в море. Вот об этом можно было бы помечтать.
— Сейчас готовится очередная концепция развития грузоперевозок по внутренним водным путям. Дать импульс развитию речной отрасли, очевидно, способно формирование новой грузовой базы. В вашем случае — это разработка новых нефтегазовых месторождений. Кому еще может потребоваться в перспективе доставка груза по Лене?
Мы организуем 3−4 экскурсии в год. Желающих посмотреть, как живет судоходная компания, даже больше, чем мы можем переварить
— У нас построен и практически уже введен в эксплуатацию Иркутский завод полимеров (ИЗП). Это одно из крупнейших современнейших производств не только в Сибири, но и в России. Пока его продукция отправляется автомобильным транспортом и по железной дороге. Выход предприятия на проектную мощность, надеюсь, увеличит грузопоток по Лене. На нем будет производиться полимерно-пластиковая продукция, различные упаковочные материалы, товары бытового назначения, продукция для автомобиле- и авиастроения. Учитывая развитие Севморпути, наверное, можно было бы развивать перевозку этих грузов северным маршрутом.
У нефтегазового сектора есть проекты по развитию месторождений в районе Ленска — Якутска, существуют планы, связанные с Витимом. В связи с текущей международной ситуацией все инвестпроекты поставлены на паузу, но, уверен, перспективы у нашего бассейна хорошие. Единственное, надо немножко переждать.
— Ну, тогда вам могут понадобиться и суда река-моря плавания…
— Несколько лет назад, когда Севморпуть только начинал набирать обороты, всерьез прорабатывались планы доставки морем продукции деревопереработки. Понятно, что наши суда в море выходить не смогут. Чтобы работать в прибрежных водах, потребуется их модернизация и увеличение класса. И тогда мы будем в состоянии переваливать грузы на специализированные морские суда, которые смогут работать и на Европу, и ходить в Китай и Японию. Уверен, в ближайшее время перевозки по Лене будут вновь востребованы и речка воспрянет.
Источник:
Берегите себя и будьте осторожны на улице, если она близко к лесу или находится в дачном кооперативе.
На 25 сентября, в Усть-Кутском районе, официально ликвидировано уже 35 медведей.
